Три года назад моя богатая семья заперла меня в психиатрической клинике.
Они всем сказали, что я из зависти отравила свою идеальную сестру Алину.
Сегодня мой старший брат привез документы на выписку, но с одним жестоким условием.
Я должна публично встать на колени на роскошной помолвке Алины и извиниться перед ней на глазах у сотен гостей.
Перед выходом на сцену мой второй брат, Иван, в приступе ярости чуть не задушил меня до смерти прямо в коридоре, крича, что лучше бы я сгнила в психушке.
Мать даже не взглянула на мое посиневшее, хрипящее горло. Она лишь приказала визажисту замазать жуткие синяки толстым слоем тонального крема, чтобы мой вид не обрушил акции компании.
На сцене я смотрела, как парень, который когда-то клялся мне в любви, надевает кольцо с бриллиантом на палец Алины, с отвращением глядя на меня.
А когда я попыталась намекнуть толпе, что в ту ночь полицию так и не вызвали, Алина картинно сбросилась на пол.
Вся семья кинулась к ней, проклиная меня и называя чудовищем.
Я покорно поклонилась им под углом в девяносто градусов, идеально играя роль забитого, сломленного животного.
Я думала, что смогу стерпеть любое унижение ради шанса сдать экзамены и навсегда сбежать из этого ада.
Но когда мой парализованный брат-близнец Герман увидел следы удушья на моей шее и заплакал от бессилия, в комнату ворвался пьяный Иван.
«И что ты мне сделаешь, калека?» — рассмеялся он, глядя на инвалидное кресло брата.
В этот самый момент во мне умерла последняя капля жалости к семье Соколовых.
Они так хотели доказать всем, что я сумасшедший монстр.
Что ж, пришло время показать им, на что способна настоящая психопатка.