Глава 2 Семена мести

Лилия застыла перед мерцающим монитором, но длинные списки деловых встреч и финансовых отчётов расплывались перед глазами. Каждое упоминание имени Константина в документах отзывалось тупой, пульсирующей болью в висках, вновь и вновь возвращая её к унизительным минутам утреннего расчёта. Попытавшись взять себя в руки, она потянулась к фарфоровой чашке с остывшим кофе, однако пальцы предательски дрогнули, и тёмные капли выплеснулись на свежераспечатанный договор. «Чёрт», – прошептала Лилия, торопливо выхватывая бумажную салфетку. Она принялась стирать влажные разводы, с досадой осознавая, насколько глубоко этот человек сумел выбить её из привычного равновесия. Закрыв глаза и сделав медленный вдох, она попыталась вытеснить образ Волкова, но вместо этого память услужливо подбросила другое лицо – правильные, смазливые черты Игоря Фролова. Это произошло ровно год назад на пышном выпускном балу Московского архитектурного института. Лилия, с отличием защитившая диплом, стояла в углу празднично украшенного зала в скромном платье, купленном на последние сбережения, и с замиранием сердца ждала своего жениха. Но Игорь появился в центре сияющего танцпола не один: под руку его держала Полина Шарова, начинающая актриса и единственная наследница крупнейшего в столице поставщика строительных материалов. Подойдя к Лилии на глазах у всего курса, Игорь с показным сожалением произнёс слова, которые навсегда врезались в её память: «Нам лучше расстаться, Лилия. Семья Полины способна открыть передо мной любые двери, а ты со своими красными дипломами не можешь дать мне ничего, кроме пустых амбиций». Полина тогда окинула её насмешливым, уничтожающим взглядом с ног до головы, брезгливо скривив ярко накрашенные губы при виде её дешёвых туфель. Шёпот сокурсников и жалостливые смешки одногруппников жгли спину Лилии огнём, но настоящим ударом стал последовавший разговор с опекунами. Семён и Тамара Фроловы, заменившие ей семью после гибели родителей, сухо заявили, что ей пора знать своё место и не мешать блестящему будущему их сына. В тот вечер Лилия Романова умерла, уступив место человеку с выжженной душой и единственной целью. Она резко распахнула глаза, в глубине которых вспыхнул холодный, расчётливый огонь. Полгода ушло на то, чтобы собрать каждую крупицу информации о предателях: компания Фроловых оказалась на грани банкротства из-за бездарного управления, а Полина Шарова безуспешно искала малейшей благосклонности недосягаемого олигарха Волкова. План Лилии был безумен, но точен: пробиться на должность личной помощницы Константина, стать незаменимой тенью могущественного человека и его руками сокрушить тех, кто втоптал её в грязь. Она блестяще выдержала сложнейший отбор среди сотен кандидатов благодаря своему острому уму и безупречному знанию архитектурного рынка. Прошедшая ночь стала рискованной кульминацией этой стратегии, превратившей её в заложницу собственной игры. Резкая трель внутреннего селектора разорвала тишину приёмной, заставив Лилию вздрогнуть. Она нажала клавишу ответа и произнесла ровным, профессиональным тоном: «Слушаю вас, Константин Дмитриевич». «Кофе», – раздался в динамике сухой, безапелляционный приказ, после чего связь оборвалась. Поднявшись с кресла, Лилия прошла на офисную кухню и с привычной точностью приготовила двойной эспрессо без сахара. Каждый шаг к массивной двери кабинета отдавался в груди глухим сомнением: стоила ли сладкая месть той цены, которую приходилось платить каждую минуту рядом с этим холодным чудовищем? Постучав, она вошла в кабинет. Константин сидел за столом, углубившись в изучение контракта, и даже не поднял головы на звук её шагов. Поставив чашку на полированное дерево, Лилия негромко произнесла: «Ваш кофе, Константин Дмитриевич». Мужчина лишь коротко бросил: «Свободна». Она развернулась, собираясь выйти, но у самой двери властный голос настиг её снова. «Вечерние встречи отменяются, – не отрываясь от бумаг, бросил Волков. – Твои планы на вечер тоже». Спина Лилии мгновенно одеревенела от подтекста этих слов, обещавших продолжение ночного кошмара. «Хорошо», – тихо ответила она и поспешно вышла, прикрыв за собой тяжёлое полотно. Вернувшись на рабочее место, Лилия почувствовала подкатившую к горлу тошноту от собственного бессилия. Внезапно в сумочке зажужжал её личный телефон. Достав аппарат, она увидела на дисплее имя, заставившее её удивлённо приподнять брови: Тамара Фролова, её приёмная мать. Укрывшись на пустынной пожарной лестнице, Лилия нажала кнопку ответа. «Лилечка, доченька! – защебетала в трубке приёмная мать с непривычной, приторной лаской. – Как твои дела, милая? Мы с дядей Семёном и Игорёчком так соскучились! Приезжай к нам в субботу на семейный обед, мы тебя очень ждём». Эта фальшивая забота вызвала у Лилии лишь горькую усмешку: очевидно, слухи о её назначении в приёмную самого влиятельного человека столицы уже дошли до ушей разоряющегося семейства. «Спасибо за приглашение, тётя Тамара, – спокойно произнесла Лилия, чувствуя, как внутри расправляет плечи холодный азарт. – Я обязательно буду».