Глава 3 2

«Северин Андрих», – повторяла я про себя имя беловолосого, торопливо приводя себя в порядок в небольшой ванной комнате, куда меня проводил Леан, после чего деликатно вышел, оставив чистую одежду. Имя-то какое... Северин. Север. Холодное имя. И странное. С такой внешностью ему больше подошло бы что-нибудь эльфийское. Но кто разберёт, что там в головах у этих сдвинутых на фэнтезятине ролевиков? Может, в какой-то книге или фильме действительно есть персонаж с таким именем. Я этим жанром не слишком-то увлекалась, так что с уверенностью сказать могла лишь то, что никогда ничего похожего даже не слышала. Надев штаны и рубашку Леана, я туго перевязала талию поясом и, стараясь не думать о том, что наверняка стала похожа на пугало, вышла из ванной. Ассистент профессора – кстати, почему этот тип называет себя именно профессором? – меня уже ждал. При виде своих вещей на мне он довольно громко фыркнул, но никак мой новый облик не прокомментировал. - Профессор хочет тебя видеть, - сообщил парень. - Зачем? - Вы пообедаете вместе, и он расскажет, зачем ты здесь. Я бы на его месте с этим не торопился, если честно. Но, может, так оно и лучше. Только помни про мои предупреждения, ладно? Я ведь от чистого сердца! Его слова меня весьма насторожили. Даже идти расхотелось. Но, как говорится, перед смертью не надышишься. Беловолосый ждал нас в комнате, которая, видимо, служила столовой. Выглядела она мрачновато, а за столом, во главе которого он сидел, уместилось бы куда больше людей. Кивнув мне на противоположный конец, профессор Андрих бросил взгляд на учтиво замершего рядом Леана. - Эээ... Я, пожалуй, вас оставлю, - спохватился тот и вышел. Я с тоской посмотрела ему вслед и опустила глаза к тарелке, на которой находилось что-то вроде овощного рагу с рисом. Пахло довольно приятно. Оставалось надеяться, что меня здесь не отравят. - Итак, - произнёс мужчина, сидящий напротив. – Не намерен ходить вокруг да около, так что сразу скажу, для чего мне... нам пришлось перенести тебя сюда. Дело в проклятии. - В проклятии? – переспросила я. - Не перебивай, - нахмурился он. – Проклятие необходимо снять, и как можно быстрее. Пока его последствия ещё не начали проявляться. - И как же вы собираетесь его снимать? – поинтересовалась я, дождавшись паузы в его словах. Говорить с ним по-простому, как с Леаном, у меня не получалось. Так что приходилось беседовать официально, как с настоящим профессором. - С твоей помощью, - сказал он, и неожиданно тяжёлая вилка едва не выпала у меня из пальцев. Я порадовалась, что ещё не успела попробовать еду. А то непременно подавилась бы – от таких-то заявлений! - Но я не умею! – воскликнула я, не сдержавшись. – Я – не ведьма и не колдунья, не какая-нибудь там Бастинда или Бонни Беннет! Вы ошиблись, решив, будто в моих силах вам помочь! - Никаких ошибок нет! – твёрдо возразил он. – Ты – единственная, кто сможет. И, пока у тебя это не получится, я тебя не отпущу. - И... что же я должна сделать для того, чтобы проклятие снялось? – осмелилась поинтересоваться я. - Мы оба, - с видимой неохотой отозвался он. Мне вдруг показалось, будто воздух в комнате накалился от напряжения. – Мы должны полюбить друг друга. Я уставилась на него с таким изумлением, что, должно быть, мои глаза стали напоминать те, которые рисуют героиням аниме. Такого я никак не ожидала. Ну, допустим, они решили поиграть в похищение, приобщить случайного человека, каким являлась я, к своему странному увлечению. Может быть, даже вообразили, будто я послана им свыше, когда наткнулись на меня на улице. Но кто бы мог предложить, что условие моего освобождения окажется настолько бредовым?! - Вы... – начала я возмущённый возглас, но тут же вспомнила, что с сумасшедшими необходимо разговаривать спокойным тоном, и осеклась. – Я... не смогу. Дело в том, что мне нравится другой человек. Да и вы, по правде говоря, совсем не в моём вкусе. Простите. Беловолосый, ничего не ответив, поднялся с места и направился ко мне. С замиранием сердца я не сводила с него взгляда, чувствуя отчаянное желание сжаться в комочек и немедленно исчезнуть отсюда. Провалиться под землю и оказаться где-нибудь в Австралии, где, как считали в какой-то детской книжке, люди в сравнении с нами ходят вверх ногами. Профессор Андрих неторопливо приблизился и наклонился надо мной. Я усилием воли поборола желание зажмуриться покрепче. И даже не отшатнулась, когда его пальцы коснулись моих волос, скользнули по щеке, приподняли подбородок. Прикосновение не было неприятным. Длинные белые пальцы оказались сильными, прохладными и на удивление нежными для мужчины. Но мне всё равно стало очень страшно. - Ты тоже не в моём вкусе, - изрёк он, наконец-то убирая руку от моего лица. – Но ничего не поделаешь. Выбора нет. - Почему? – выдохнула я. - Тот, кто наложил на меня проклятие, выбрал самый сложный и на редкость... изощрённый вариант. Он знал, что с обычными я бы справился без труда, ведь мне известно множество различных способов для снятия проклятий. Но такое... Для исцеления от него мне потребовалась ты. Не просто твоё присутствие или твоя кровь, а нечто гораздо более сложное. Из сферы тонких материй. А именно взаимная любовь, подтверждённая не только телесной, но и душевной близостью. «Безумец!» – уже в который раз подумала я, угрюмо глядя на него снизу вверх. Особенно напрягали слова про телесную близость. Если он имел в виду то, что я подумала, то... - Я откровенен с тобой, потому что не вижу смысла лгать и притворяться, - продолжал он, возвращаясь на своё место. – С такими проклятиями я прежде не сталкивался. Кто бы ни был мой враг, он знал, что не так-то просто будет справиться с его чарами. Девушка-лекарство, живущая в другом мире и другом времени! И то, что я всегда считал любовь чем-то бессмысленным и бесполезным, ему тоже наверняка известно. Попадись он мне в руки... – с мстительным выражением добавил профессор Андрих, сжимая кулаки. Я невольно поёжилась. - Если вы и сами считаете, что у нас не получится, тогда, может быть, и пытаться не стоит? – произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и с сочувствием, а не испуганно. – Отпустите меня. Пожалуйста. Обещаю, я никому про вас не расскажу. А вы пока поищете другой способ для снятия своего проклятия. - Другого способа нет! – прорычал он. – Только тот, о котором я тебе рассказал! И времени мало! - Но... это же невозможно... Говорят ведь, что сердцу не прикажешь. И что любовь складывается из трёх влечений, ни у одного из которых у нас нет. Тут я имела в виду расхожую цитату о том, что влечения человека имеют три источника, в числе которых душа, разум и тело. По отдельности они порождают дружбу, уважение и желание, а соединяясь вместе – любовь. - Пока у меня есть шанс, я намерен его использовать, - тяжело, будто роняя на пол каменные плиты, проговорил собеседник. – И лучше для тебя, если ты не станешь мне препятствовать. Тебе всё понятно? – добавил он, подняв на меня взгляд, и в его глазах мне вдруг почудились красные искорки. Я кивнула, закусив губу, чтобы не заплакать. - Жить ты будешь здесь – со мной и Леаном. Тебе ни в чём не придётся нуждаться. И стать моей ученицей тоже сможешь. Поверь, учиться у меня – большая честь. Многим об этом остаётся только мечтать. С удовольствием бы уступила им место! - А теперь поешь, - сказал он почти ласково. Я поковырялась вилкой в остывшем рагу. Кусок не лез в горло. Размышляя обо всём случившемся, я пыталась отделить плюсы от минусов. Мне пришлось оказаться в руках двух сдвинувшихся на магии и проклятиях типов – минус. Родственники понятия не имеют, где я – минус. Я сама не в курсе, где я – минус. От меня требуют взаимной любви с самым странным типом из всех, кого я когда-либо встречала, – минус в квадрате. Однако, судя по всему, он не собирается меня насиловать – плюс. Здесь кормят – плюс. У меня отдельная комната – плюс. Пока минусов однозначно больше. А ещё профессор едва ли слышал о Стокгольмском синдроме, потому не осознавал, что, если с моей стороны и возникнут чувства, они будут пугающими симптомами этого самого синдрома. Но такое – уж в том-то я не сомневалась! – совершенно исключено. Я с первой встречи любила Олега Киреева, и точка! А, если... Нет! Когда вернусь, то непременно расскажу ему о своих чувствах. И приглашу на день рождения. На следующий. Вызвав в памяти образ Олега с его атлетической фигурой спортсмена, шапкой густых тёмных волос и ясными голубыми глазами, я сделала глубокий вдох в попытке успокоиться. Да, разумеется, не только я мечтательно вздыхала ему вслед. Но до сих пор он куда больше времени уделял баскетболу и учёбе, так что шанс у меня имелся. И, может быть, вскоре песня о том, что его рядом нет, будет уже не про меня. Вернуться бы только... - О чём ты думаешь? – ворвался в мои мысли голос профессора, снова бесстрастный и холодный, как глыба льда. - Так, ни о чём, - отозвалась я, заставляя себя проглотить оказавшееся вполне съедобным кушанье. Нужно есть, чтобы были силы для побега. Вдруг меня пронзило пугающее подозрение. Уж не подмешали ли мне в еду наркотики? Кажется, в каком-то фильме похитители так и делали. – Я могу кое о чём спросить? То, что я ем, безопасно для меня? Ага. Так он и тебе и ответит всю правду. Держи карман шире. - Для того, чтобы снять проклятие, чувства должны быть настоящими, - сообщил беловолосый. – Не вызванными мороком или прочими средствами, в использовании которых ты могла бы меня заподозрить. Приворотные снадобья нам не помогут. Не совсем то, чего я ожидала, и всё же стало чуточку легче. Я доела почти всё. А затем Леан принёс мне пахнущий мятой тёмно-зелёный напиток в высоком стакане, который я, помедлив, выпила. - Очень хорошо утоляет жажду, - заметил он, заботливо подавая мне чистую тканевую салфетку, чтобы я могла вытереть рот и руки после еды. – Думаю, тебе нужно немного здесь освоиться, а уже с завтрашнего дня начнёшь учиться. Так ведь? - Так, - согласился с ним профессор. – Проводи её в комнату и возвращайся к работе. Жду тебя. Поднявшись из-за стола, он вышел, и я вздохнула свободнее. В компании одного Леана мне было спокойнее. Он казался куда более нормальным, хоть и упорно твердил, что с детства мечтал этим заниматься.