Глава 3 2 глава

Что может быть лучше, чем начинать новый день, сгорая от страсти в руках любимого мужчины, и взрываться от наслаждения, которое он тебе дарит?! И уже не важно, что на улице идет дождь и что тебе надо собираться на работу! Такое утро однозначно солнечное и позитивное! Выскальзываю из кровати с все еще блуждающей на губах улыбкой, потягиваюсь и, по привычке натягивая футболку Алекса, иду на кухню. Завтрак для него – это святое! Я хочу, чтобы мой мужчина чувствовал мою заботу и любовь в каждой детали, в каждой мелочи: от идеально поглаженных рубашек до сваренного мной его любимого американо.

Поцелуй в шею, заставляющий меня вздрогнуть, руки, обвившие мою талию… Из-за шкворчания яиц на сковороде я не услышала его шагов, только почувствовала прикосновения. – Практически все готово… – бормочу я, наслаждаясь теплом его тела и запахом кожи, пропитанной гелем для душа. – Отлично! Алекс садится за стол. Я ставлю ему тарелку и принимаюсь готовить себе. Спустя пару минут сажусь напротив и прежде, чем приступить к завтраку, спрашиваю: – А кроме нас на празднике кто-то еще будет? Он поднимает глаза от тарелки и перечисляет: – Весь руководящий состав завода с женами и мужьями и некоторые приглашенные. Улыбаюсь, осознавая свою оплошность, и корректирую вопрос: – Кто-то из твоей семьи? Он мотает головой. – Отец хотел, но вчера слег с температурой, Андрей и Алина не имеют к заводу никакого отношения, да и желания там быть у них нет. Я киваю и с облегчением констатирую сама себе – Насти не будет. Отличная новость! Этот день, по всем приметам начавшись так хорошо, просто не может быть плохим!

Через полчаса Алекс уходит, а я остаюсь дома. Сегодня я специально отпросилась с работы, чтобы приготовиться к празднику, посвященному юбилею открытия завода, по полной программе, поскольку мне хочется затмить всех и быть самой красивой спутницей для самого красивого мужчины. Для этой цели в одиннадцать я записана в салон, где меня ждет педикюр, маникюр, косметолог, визажист и парикмахер. Сегодня я проведу там полдня и потрачу неприлично большую сумму, но красота требует не только времени, но и материальных жертв.

Сижу рядом с Яной, смотрю, как маникюрша резво орудует пилкой, вызывая облако пыли вокруг моей руки, и слушаю звонкое щебетание подруги о вчерашней ночи в клубе с каким-то умопомрачительным, по ее словам, мужчиной. – Не боишься, что Влад узнает?! – Пффф… Она делает большие глаза. – Я не скрываю от него этого! – И что он спокойно смотрит, как ты развлекаешься с другими?! – Нет. Вчера собрал вещи и наконец свалил. Я ошарашенно смотрю на подругу. Она произнесла эту фразу с таким спокойствием в голосе, будто Влад пошел в магазин и скоро вернется. – Но вы же вместе больше трех лет! – напоминаю ей я. – Вот именно! Надоело! Пора обновить свою жизнь! Пытаюсь пропустить ее слова через себя, пережевать и понять, но мой организм отторгает их, как чужеродное тело, и выталкивает обратно. Я не могу представить, что через три года смогу сказать подобное про Алекса. Мои планы на него эксклюзивны и пожизненны, и я хочу, чтобы так было всегда! Яна, видя мое замешательство, смеется и произносит: – Не все хотят глубоких душераздирающих чувств со слезами и соплями! Некоторым достаточно обычной симпатии и гармонии в сексе! Ничего не отвечаю ей, и она по второму кругу начинает свою песню про свой новый объект вожделения. Практически не слушая ее, непроизвольно возвращаюсь к вчерашним мыслям о Гжатском и неожиданно для себя самой спрашиваю подругу о нем: – А ты знаешь Григория Гжатского?! Она на минуту зависает, после чего уточняет: – Хозяин ВCG? Киваю и внимательно смотрю на девушку. – Лично я не знаю, но Кира, помнишь дочку депутата, с которой я познакомилась на Ибице этим летом, все уши мне недавно прожужжала о нем. Понимаю, что сплетни о его любовных похождениях никак мне не помогут, но по инерции продолжаю слушать Яну. – Она говорила, что он жесткий, беспринципный тип и еще жуткий бабник. Сводил на одно свидание, поимел и отшил. Пока я моргаю, соображая, что еще у нее спросить, она сама меня спрашивает, почти как Алина: – А тебя-то почему он интересует? – Да так. Где-то слышала его фамилию, а ты же знаешь, какая я любопытная. Яна внимательно смотрит на мое лицо и, хмурясь, предупреждает: – Не знаю, что ты там задумала, но не лезь и ничего не вынюхивай про него! Кира говорила, что он опасный человек! – Она поняла это после одного свидания?! – стараясь все свести в шутку, спрашиваю я. – Даш, я серьезно! Я машинально киваю ей, но понимаю, что я уже как собака, которой кинули палку, несусь вперед, повинуясь своим скрытым инстинктам, и уже не могу остановиться.

Поскольку к подготовке к мероприятию я подхожу особо тщательно, то даже белье я выбираю особенно утонченное! И пусть я спрячу его под одеждой, само осознание того, что на мне идеальна каждая мелочь, заставит меня чувствовать себя самой особенной и самой красивой. К тому же я рассчитываю, что в завершении вечера, когда Алекс привезет меня домой и разденет, он оценит сексуальные шедевры кружев Intimissimi и мои старания понравиться ему, и мы займемся таким крышесносным сексом, что чертям станет страшно.

Смотрю на легкое отражение в стеклянной двери, к которой мы идем, и не могу сдержать улыбку. Мы реально красивая пара! Мой мужчина в безупречно сидящем темно-синем костюме, в белой рубашке бесподобен, а я, без ложной скромности, не просто симпатичное дополнение к нему в серебристом платье в пол на тоненьких бретельках – я звезда, которая сияет изнутри невероятным светом благодаря любви к этому человеку и уверенности в собственной эксклюзивности, которую он прививает мне! Алекс увлекает меня за собой, мы входим в помещение, поднимаемся по лестнице и оказываемся в большом окутанном полумраком зале. Навстречу попадается официант, и он берет у него два бокала с шампанским и протягивает мне один из них. Улыбаюсь ему и смотрю в глаза. Сейчас в них нет холодных течений и льда отстраненности, он кажется мне спокойнее и счастливее, и от этого на сердце становится теплее. Я постараюсь, чтобы этот вечер был для нас незабываемым! Мы соприкасаемся бокалами и, смотря друг на друга, пьем золотистую жидкость, пронизанную пузырьками воздуха, словно причудливым узором. – Алексей Александрович, можно вас на минутку, – звучит гнусавый голос рядом, и его обладатель, пытаясь привлечь дополнительное внимание, касается плеча моего мужчины. Алекс смотрит на испортившего нашу идиллию пожилого мужчину и спрашивает: – Что случилось?! – Что вы, ничего. Просто поскольку вы сейчас возглавляете завод, хотелось бы от вас услышать приветственную речь и поздравления для сотрудников. Он, коротко кивая ему, поворачивается и говорит мне: – Не скучай. Я скоро вернусь. Я киваю в ответ и кисло улыбаюсь. Перспектива стоять одной не радует, но я понимаю, что это необходимо. Алекс уходит, и я долго смотрю ему вслед, пока он не сливается с пестрой массой. Оглядываюсь по сторонам – в зале полно нарядных людей. Мужчины в костюмах, женщины в нарядных платьях. Незнакомые лица, силуэты, разноцветные пятна… И во всей этой пестроте неожиданно замечаю одно знакомое лицо, хищно смотрящее на меня, и замираю – Гжатский. В горле пересыхает, пульс зашкаливает, но я по-прежнему не отвожу от него взгляд. Он приподнимает бокал и улыбается мне, только от его улыбки не становится спокойнее: она у него какая-то зловещая. Может быть, я просто накручиваю себя оттого, что помню про его угрозу, брошенную Алексу, но мне точно не по себе. Отворачиваюсь от него, чтобы успокоиться, но ситуация усугубляется. Боковым зрением я вижу, что этот человек приближается, и по траектории его движения догадываюсь, что ко мне. Спасаться бегством – непозволительная роскошь, к тому же страх сковал ноги цепями, и я словно приросла к месту, на котором стою. В последние секунды до его приближения ору сама на себя, чтобы взяла себя в руки и успокоилась. – Добрый вечер! – его голос звучит значительно мягче, чем в тот раз, который я помню, но в принципе это неудивительно: он пришел не угрожать мне, а как минимум поздороваться. Заставляю себя повернуться, взглянуть в его темные глаза и продублировать его слова. – Георгий! – представляется мужчина, без тени смущения разглядывая мое лицо и декольте. От этого взгляда я помимо воли краснею и выдыхаю: – Даша. Конечно, можно было остановиться на первой фразе и послать этого типа подальше, тем более мне достаточно одного взгляда на него, чтобы понять – Яна была права, этот человек символизирует опасность, но мое желание что-то разузнать о нем превыше логики и здравого смысла. Он протягивает бокал к моей зависшей руке с фужером и под стеклянный звон произносит: – За знакомство, прекрасная Даша. Заставляю себя нацепить на лицо улыбку и едва не ежусь от его пронзающего меня насквозь взгляда. Помимо моей воли этот человек вызывает во мне тревогу, растущую внутри с каждой секундой. Музыка смолкает, на своеобразную сцену выходит Алекс и, сдержанно улыбаясь, обводит глазами зал. Мне кажется: он пытается найти в толпе меня, но я всем сердцем желаю, чтобы этого не произошло, и чтобы он не увидел меня в такой плохой компании. Алекс начинает экспромтную поздравительную речь, и я внимательно слушаю ее, пока мужчина рядом не отвлекает меня от происходящего на сцене и не задает новый вопрос: – Кем вы работаете на заводе? Я на секунду задумываюсь и произношу: – Я приглашенная сторона. – Но вы работаете? – Да, в строительной компании. Его брови неторопливо поднимаются вверх. – Вот как. В какой?! Я чувствую раздражение: непонятно, кто кого пытается раскрутить на правду, но произношу полное название фирмы работодателя. Мужчина достает из пиджака портмоне и вытаскивает маленький светлый прямоугольник. – Если возникнут проблемы с работой, можешь позвонить мне. Я тоже работаю в строительной компании. Я холодно смотрю на него, глазами молча спрашивая, с какой стати он мне тыкает, на брудершафт мы не пили, но во имя моего маленького расследования беру визитку из его рук, тщательно стараясь при этом избежать соприкосновений пальцами, и не возмущаюсь, а бормочу: – Спасибо. Опустив ее в сумочку, я поднимаю глаза и встречаю непроницаемый взгляд Алекса, подходящего к нам. – Алексей Александрович! – приветствует Григорий, с ухмылкой смотря на него. Алекс небрежно кивает и, взяв меня под локоть, цедит: – Вы же не против, если мы покинем вас?! Григорий разводит руками, показывая, что еще бы поболтал с нами, но если мы хотим уйти, то ему нечего возразить. Алекс отводит меня в сторону. – Никогда больше не общайся с ним. Я, несмотря на захлебывающееся от волнения сердце, вместо того чтобы просто согласиться, возомнив себя не меньше, чем Матай Хари, невинно смотрю на него и спрашиваю: – Почему?! – Просто сделай то, о чем я тебя прошу! В его голосе сквозит раздражение, и я бросаю на него сердитый взгляд, отворачиваюсь и молчу. Почему мной надо командовать?! Почему мне нельзя все объяснить?! – Даша. – Я слышала. – И?! – Это не я к нему подошла, а он ко мне! – обиженно восклицаю я. Он твердо смотрит на меня, и я понимаю, что он имеет в виду то, что от девушки зависит: продолжится беседа или завершится, не начавшись, и я выдыхаю. – Хорошо. Если это для тебя так важно, я не буду общаться с ним! Взгляд Алекса смягчается, он наклоняется к моей щеке и, поцеловав, на какое-то время замирает, не прерывая нашего прикосновения, и я, выкинув из головы все свои недавние обиды, волнения и страхи, закрываю глаза, наслаждаясь этим моментом. Не хочу думать ни о чем! Не хочу портить этот вечер! Я хочу сходить с ума от близости своего мужчины и таять от осознания того, что он мой! – Потанцуешь со мной? – оторвавшись от моей кожи, примирительно спрашивает Алекс, и я, сияя как начищенный самовар, киваю и позволяю увести себя на танцпол.