Глава 3 Дневник под камнем

Каменный зал Обители был высечен в светло-сером мраморе и напрочь лишён уюта. Высокие стрельчатые окна пропускали бледный рассветный свет, а воздух пах чистым воском, лавандой и сухим, горьковатым шалфеем.

В центре возвышался Камень Истока - полированная глыба из тёмного обсидиана, исписанная серебряными рунами. Вокруг него на жестких подушках сидели юные воспитанницы. Спины ровные, подбородки приподняты - в каждой с первых дней выбивали привычную человеческую суету, прививая королевскую осанку и осознание своего высокого долга.

- Опустись на колени, Аврора, - скомандовала Наставница Элара, указывая на свободное место в ритуальном круге. - Закрой глаза и отдай свою силу Камню. Он примет твой хаос и превратит его в чистый, ровный поток.

Аврора опустилась на мокрый камень. Она попыталась сделать глубокий вдох, как учил отец, но давящее присутствие жриц и сильное биополе самого обсидиана сбивали ритм. Как только она коснулась ладонями гладкой поверхности валуна, серебряная нить внутри неё рванулась наружу с оглушительным треском. Внутренняя волчица испугалась, восприняв Камень как ловушку. Аврора почувствовала, как её силу буквально начинает «высасывать» из груди. В глазах вспыхнули слепящие серебряные искры, а по телу пронеслась судорога.

- Контролируй! - ледяной голос Элары прорезал гул в ушах. - Не сжимай силу, не держи её в себе! Серебряная волчица - лишь проводник. Отдай себя без остатка!

Но Аврора не хотела отдавать себя без остатка. Она помнила слова отца: «Оставь кусочек для нас».

Закусив губу до крови, Аврора попыталась сдержать рвущийся поток. Получилось плохо: вместо ровного свечения Камень Истока отозвался рваной, протестующей вспышкой, и Аврору отбросило назад. Остальные воспитанницы не шептались - дисциплина здесь была железной. В их взглядах читалась смесь тихой покорности и привычного сочувствия.

- Достаточно на сегодня, - сурово произнесла Элара, глядя на тяжело дышащую девочку. - Твоя гордыня мешает тебе. Ты сопротивляешься самой своей природе, Аврора. Завтра будешь сидеть здесь до тех пор, пока Камень не примет тебя полностью.

Вернувшись в свою келью с гудящей головой и сбитым дыханием, Аврора поняла: просто так сдерживать силу у неё не выйдет. Ей нужна была система. Учение Ордена требовало полного растворения личности, а ей необходимо было научиться управлять этим пламенем, а не выплёскивать его бездумно.

Вечером, когда коридоры опустели, Аврора снова опустилась перед старым каменным сундуком. Инициалы «С. В.» (Селена Винтер), вырезанные на внутренней стенке, не давали ей покоя. Аврора медленно ощупала каждую дощечку на дне сундука. На ощупь одна из них показалась чуть более подвижной. Поддев её ногтем, Аврора услышала тихий щелчок - тайник!

Внутри, в небольшой выемке, под слоем многолетней пыли лежал плотный сверток из промасленной кожи. Дрожащими от волнения пальцами Аврора развернула его. Это была небольшая тетрадь в тёмном переплёте. Страницы пожелтели от времени, а мелкий, размашистый почерк явно принадлежал девушке с пылким, живым характером.

Аврора поднесла тетрадь к слабому свету свечи и прочла первую строчку: «Если ты читаешь это, значит, ты тоже заперта здесь. Меня зовут Селена Винтер. И я отказываюсь быть просто сосудом...»

У Авроры перехватило дыхание. Сердце забилось где-то в самом горле. Это был дневник её матери.

Аврора жадно вчиталась в строки, выведенные матерью много лет назад: «Жрицы учат нас быть ровным светом для стаи. Они говорят, что наша аура принадлежит кланам, что мы — лишь проводники. Но они ошибаются. Вчера я наблюдала за раненым оборотнем из пограничных земель. Ему недостаточно просто "благоприятного климата". Его зверь метался от боли, и ровная аура его только злила. Я попыталась не выплёскивать силу, а прижать её к сердцу и сделать короткий ментальный пасс — протянуть ладонь прямо к его волку. Моё ядро тут же скрутилось в жесткий узел, у меня дико разболелась голова, а из носа пошла кровь... Но на секунду зверь замер и услышал меня. Мы можем больше, чем просто светить. Мы можем говорить».

Аврора прижала дневник к груди, чувствуя, как по щеке стекает горячая слеза. Мать проходила через ту же боль, через те же перегрузки и кровь! Она тоже не умела сразу справляться с этим диким, рвущимся пламенем и искала свой собственный путь.

Спрятав тетрадь обратно в тайник, Аврора выпрямилась. Впервые за всё время пребывания в Обители она почувствовала, что больше не одна.