Глава 3 Одинокая жена

Высокие и величественные башни замка Краун можно было увидеть издалека, и даже с большого расстояния их размеры поражали воображение. Вблизи же неприступная цитадель, сильно заросшая по нижнему ярусу мягким мхом, производила впечатление мрачное и тяжелое, словно нависая своими серыми каменными уступами над головой. Эти могучие стены служили пристанищем рода Лидделов уже без малого три сотни лет. Крепость бережно и надежно хранила секреты старинной семьи, воспоминания о счастливых событиях и постыдные тайны, скрывая жизнь герцогов за огромными дубовыми воротами, укрепленными кованой сталью. Надо сказать, что насколько замок Краун был непригляден снаружи, настолько же он был роскошен и красив внутри. Великолепное убранство, удобная и добротно сделанная мебель, огромное количество свечей и зеркал – все это создавало удивительное ощущение уюта и спокойной защищенности. Для всех, кроме Дженни Лиддел, урожденной Уотерхолл. Если она когда и чувствовала себя хорошо в замке Краун, то, разве что только в самом начале своей семейной жизни. Да, конечно, юный блистательный аристократ по имени Роберт поначалу действительно пылал любовью к Дженни. Дни, когда он, утопая в страсти, буквально носил девушку на руках, остались самыми счастливыми воспоминаниями в сердце, но, к сожалению, им не суждено было длиться долго. Роберт остыл так же быстро, как и вспыхнул. Избалованный, капризный и легкомысленный, он быстро пресытился новой игрушкой, и, подобно малолетнему ребенку, забросил ее. Дженни осталась в стенах замка, одинокая и покинутая, лишь формально считавшаяся женой лорда. Если бы не престарелая тетушка Анна, приходившаяся родственницей кому-то из господ, то жизнь юной Дженни превратилась бы в невыносимое бремя. Разумеется, общество старушки не могло в полной мере заменить девушке семью, но, по крайней мере, было с кем поговорить. А вот с любовью дела обстояли совсем плохо. Роберт ночевал только в своей комнате, да и вообще потерял всякий интерес к Дженни. Да, они оставались супружеской четой, но это касалось только семейных обедов и приемов. Во всем остальном царил полный штиль. Ни объятий, ни даже легких поцелуев Дженни уже давно от Роберта не получала, и теперь уже даже и не надеялась. Впрочем, такое положение дел встречалось в больших замках не так уж и редко. Почти пустой обеденный зал гулким эхом отвечал на каждую реплику сидящих за столом трех человек. Младший сын герцога, сэр Эрик, обеспечив себе хорошее настроение парой кружек деревенского эля, шутил и смеялся. Загадочная смерть барона Ларгонского его не волновала совершенно. Жена сэра Уильяма, леди Джоанна, напротив, хмурилась и разговаривала мало. А Дженни было все равно. Она медленно и без удовольствия жевала мясо тушеного фазана, изредка запивая его белым вином, и, насколько могла, поддерживала беседу. - Я полагаю, Роберт должен был отправиться в Блу Мэншен? – спросила леди Джоанна у сына. - Должен, да, - усмехнулся сэр Эрик. – Но вместо этого ускакал охотиться. Похороны – это не его стезя, знаете ли. Он как-то все больше по свадьбам, да по пышным пирам. Поближе к корсетам и юбкам. - Боже, как неловко, - вздохнула хозяйка замка. – Все же следовало тогда отправиться мне, или вам, сын мой. - Я могу, - кивнул молодой человек. – Еще успею, кстати. Действительно, если на церемонии не будет никого из Лидделов, кроме отца, это плохо скажется на нашей репутации. Все-таки сэр Эдор был верным слугой, да и выпить не дурак. - Все бы вам выпить, - укоризненно произнесла леди Джоанна. – Собирайтесь, Эрик. - А вы не боитесь? – спросила Дженни у юного лорда. - Разве есть повод? – с улыбкой парировал тот. – Мне не впервой видеть мертвецов, дорогая моя. - Я не это имею в виду. Смерть барона была такой загадочной и такой пугающей. - Кому как, - пожал плечами сэр Эрик. – В нашей старой доброй Англии загадок столько, что на каждого жителя их приходится, по меньшей мере, две. Что же до смерти, так ее я не боюсь, призраков и чудовищ тоже. - А при чем тут призраки и чудовища? – спросила леди Джоанна. - Не знаю откуда, но пошел слушок, что доблестного барона сразил выходец с того света, - беспечно улыбнувшись, ответил Лиддел-младший. – Во всяком случае, что-то там и впрямь нечисто. Так говорят. - Господи, помилуй, - наспех перекрестилась герцогиня. – Поторопитесь, Эрик. Вам бы добраться засветло. - А, - махнул рукой молодой человек. – Успею еще. Похороны ведь только завтра. Так что выпью, пожалуй, еще немного этого доброго эля, а потом поеду. - Во имя всего святого, Эрик, я вас прошу успеть до захода солнца. Поверьте, я очень беспокоюсь. В ответ на это юный лорд кивнул, выпил залпом целую кружку и быстрой веселой походкой отправился к выходу из зала. Падающие из окон яркие лучи солнца золотили его светлые волосы, шпага звонко стукалась о каменный пол, и Дженни впервые за время жизни в замке Краун задумалась, почему судьба так жестока? Пожалуй, было бы куда приятнее быть женой этого жизнерадостного юноши, нежели ее капризного эгоиста Роберта.