Глава 1 Ведомый. Страсть

Солнце – источник жизни. Свет и тепло дарят счастье, радость, любовь. У девочки прекрасной и нежной, как нераспустившийся цветок, света и тепла было много. Очень много. Но в двенадцать лет эпидемия тяжкой болезни отняла у нее родителей. Одинокую, с потухшим взором, безучастную ко всему, добрые родственники пристроили в местный храм. Служить тому, кто определил ей такую судьбу. Настоятель отнесся к ней с пониманием и сочувствием. Столь велики были покорность и безропотность. Обязанности служанки в храме были необременительны, а близость к Творцу возвышала и очищала одиночество. Грусть стала светлой. Так прошли три года. - Все в жизни имеет смысл, - помнила она слова настоятеля. – Творец дает и забирает по причинам, неведомым человеку. Бесполезно спрашивать об этом. Нужно принимать все как есть. Когда в храм явился уважаемый гость, и ей поручили служить ему, то приняла поручение естественно и покорно. Гость был величествен и красив. Той красотой зрелого мужчины, что кружит голову девушке. Загорелое лицо, окаймленное вьющимися черными волосами и короткой кучерявой бородой, внушало доверие и покой. Жгучие черные глаза проникали в самое сердце. - Кто ты? - прозвучал участливый вопрос, когда она мыла ему ноги перед сном. И она вдруг стала рассказывать о своей жизни, не скрывая подробностей. О радости детства, любви родителей и горечи утраты. - Почему он не взял меня с ними? - так и катились слезы из глаз. - Бедная, - унизанные перстнями пальцы поправили растрепавшуюся прядь волос и легко коснулись шеи. Произошло невероятное. Кожу охватил жар и кровь ударила в лицо. Словно ощутив это, пальцы водили по шее сверху вниз, вокруг, коснувшись подбородка. Внутри все сперло, пришлось откинуть голову назад и открыть рот, выпуская воздух. - Иди сюда, - сильные руки нежно охватили кисти, и повинуясь огню внутри, она села на ложе рядом с ним. - Жизнь многогранна, как алмаз, - пальцы касались кисти, ладони, поднимаясь по предплечью к плечам. От каждого прикосновения бросало в дрожь и кружило голову. Она готова была упасть, но руки, сомкнувшиеся за спиной, повлекли к себе, пока лицо не уткнулось в его грудь. Теперь шея ощущала прикосновение губ, а пальцы нежили спину, опускаясь все ниже. И ей захотелось ответить. Убрав шею, она нашла его губы своими. Они словно хотели поглотить друг друга поцелуем. Сильно забилось сердце, и жар ринулся вниз, а пальцы лишь распаляли его. Спина коснулась ложа, и она ощутила его неровное дыхание. Жар внизу сменился резкой болью, но лишь на мгновение. Волна тепла и свободы захлестнула разум. Потом пришел пик, но недолгий. Ужас совершенного передернул, как струя холодной воды. Охватила дрожь. - Не бойся, - ласково обнял ее гость - Я виновна перед Творцом, - она со слезами уткнулась ему в грудь. – Мне нет прощенья. - Ничего, - успокоил он. - Я попрошу его за тебя. Это моя вина. Верь – он меня услышит. На следующий день гость уехал. Больше она его не видела и о нем не слышала. Но ничто не проходит без последствий. Мое рождение стало последствием.